Русскіе классики XVIII – нач. XX вв. въ старой орѳографіи
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Литературное наслѣдіе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе писатели

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
Ж | З | И | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ч | Ш | Я | N

Основные авторы

А. С. Пушкинъ († 1837 г.)
-
М. Ю. Лермонтовъ († 1841 г.)
-
Н. В. Гоголь († 1852 г.)
-
И. А. Крыловъ († 1844 г.)

Раздѣлы сайта

Духовная поэзія
-
Русская идея
-
Дѣтское чтеніе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - суббота, 16 декабря 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 11.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

БІОГРАФІИ

Д. В. Веневитиновъ († 1827 г.)

(статья изъ Энциклопедическаго Словаря Брокгауза и Ефрона).

Веневитиновъ (Дмитрій Владиміровичъ) — поэтъ, родился 14 сент. 1805 г., умеръ 15 марта 1827 г. Несмотря на столь кратковременную жизнь, чрезвычайно богата одаренная натура Веневитинова успѣла развернуться съ такой полнотой, что его имя является тѣсно связаннымъ съ исторіей не только русской поэзіи, но и русской мысли. Происходя изъ старинной дворянской семьи, В. уже съ дѣтства попалъ въ самыя благопріятныя условія: для будущей карьеры имѣлись въ запасѣ отличныя родственныя связи, а въ настоящемъ, когда должно было совершаться его первоначальное воспитаніе, съ одной стороны — полная матеріальная обезпеченность, съ другой — заботливое попеченіе его умной и образованной матери. До поступленія въ университетъ В. воспитывался и получалъ образованіе дома: до восьмилѣтняго возраста его учила сама мать, а затѣмъ были приглашены наставники, изъ которыхъ особенное вліяніе оказалъ на В. умный и просвѣщенный французъ-эльзасецъ Дореръ, хорошо ознакомившій его съ французской и римской литературой. Греческому языку В. учился у грека Байло, извѣстнаго своими изданіями нѣкоторыхъ изъ греческихъ классиковъ. В. рано ознакомился съ древне-классическимъ міромъ; отсюда изящная гармоничность душевнаго строя В., ясно отразившаяся въ неразрывной связи между его поэтическимъ вдохновеніемъ и его философскимъ мышленіемъ, благодаря которой современники называли его «поэтомъ мысли». Онъ обладалъ также способностью къ живописи и, значительнымъ музыкальнымъ талантомъ, былъ не только хорошимъ исполнителемъ, но и композиторомъ и усердно занимался исторіей музыки.

Семнадцати лѣтъ отъ роду В. безъ всякихъ затрудненій могъ уже перейти къ университетскимъ занятіямъ. Въ студенты В. не поступалъ, а слушалъ тѣ лекціи университетскихъ профессоровъ, которыя наиболѣе привлекали и удовлетворяли его любознательность. Особенно интересовали его курсы А. Ѳ. Мерзлякова, И. И. Давыдова, М. Г. Павлова и профессора анатоміи Лодера. Послѣдніе три пытались связать преподаваніе своего предмета съ господствовавшею тогда на западѣ философскою системой Шеллинга и, несомнѣнно, много способствовали умственному развитію В. въ духѣ шелленгіанства. Мерзляковъ оказывалъ благотворное вліяніе на университетскую молодежь также и устроенными имъ общедоступными педагогическими бесѣдами; здѣсь В. скоро привлекъ къ себѣ общее вниманіе яснымъ и глубокимъ умомъ и замѣчательной діалектикой. Эти блестящія качества онъ проявлялъ и въ кружкѣ даровитыхъ и развитыхъ студентовъ, центромъ котораго былъ Н. М. Рожалинъ, въ которомъ молодые люди занимались философскими преніями и читали собственныя сочиненія на разныя отвлеченныя темы. Сдавъ черезъ два года выпускной экзаменъ, Веневитиновъ опредѣлился въ 1825 году въ московскій архивъ коллегіи иностранныхъ дѣлъ, намѣреваясь потомъ служить по дипломатической части за границей. Въ названное учрежденіе тогда поступала масса молодежи, разсчитывавшей подвизаться на дипломатическомъ поприщѣ; поэтому и многіе изъ упомянутаго товарищескаго университетскаго кружка остались въ прежнихъ отношеніяхъ. Легкая канцелярская служба оставляла много свободнаго времени. Изъ упомянутаго товарищескаго кружка образовалось довольно многочисленное литературное общество, а пятеро изъ его членовъ составили болѣе интимное тайное «общество любомудрія», съ цѣлью исключительнаго занятія философіей, преимущественно нѣмецкой; но оно было ими же самими закрыто, вслѣдствіе опасеній, возбужденныхъ въ нихъ событіемъ 14 декабря, къ которому оказались прикосновенными знакомые ихъ и родственники. Къ числу небольшихъ работъ, читавшихся на собраніяхъ общества, принадлежатъ прозаическіе наброски В.: «Скульптура, живопись и музыка», «Утро, полдень, вечеръ и ночь», «Бесѣды Платона съ Анаксагоромъ» [1] — представляющіе (послѣдняя даже и по самой формѣ) удачное подражаніе діалогамъ Платона, какъ по развитію мыслей, такъ и по поэтическому тону.

У членовъ общества явилось желаніе имѣть свой печатный органъ. Сначала предполагалось выпустить въ свѣтъ альманахъ (альманахи тогда были въ модѣ); но Пушкинъ, пріѣхавшій въ началѣ сентября 1826 г. въ Москву, посовѣтовалъ кружку начать издавать ежемѣсячный журналъ. В., находившійся въ дальнемъ родствѣ съ Пушкинымъ и уже извѣстный ему по своей статьѣ о первой пѣснѣ «Евгенія Онѣгина», вслѣдствіе чего они быстро и сблизились другъ съ другомъ, изложивъ программу задуманнаго періодическаго изданія общества, озаглавивъ ее: «Нѣсколько мыслей въ планъ журнала». Вскорѣ былу приступлено къ изданію журнала, названнаго «Московскій Вѣстникъ», въ духѣ веневитиновой программы, по которой основная задача русскаго періодическаго журнала заключалась «въ созданіи у насъ научной эстетической критики на началахъ нѣмецкой умозрительной философіи и въ привитіи общественному сознанію убѣжденія о необходимости примѣнять философскія начала къ изученію всѣхъ эпохъ наукъ и искусствъ». Журналъ сталъ выходить съ начала 1827 г., подъ наблюденіемъ коллективной редакціи и подъ оффиціальной отвѣтственностью М. П. Погодина. Но В., главный вдохновитель новаго дѣла, къ этому времени уже перешелъ на службу изъ Москвы въ Петербургъ. Этому способствовала платонически обожаемая В. извѣстная княгиня Зинаида Александровна Волконская. Онъ тогда же получилъ мѣсто въ канцеляріи иностранной коллегіи, гдѣ важную должность занималъ родственникъ княгини, гр. Лаваль. Уѣзжая изъ Москвы въ концѣ октября, В. взялъ съ собою спутникомъ, по просьбѣ той же Волконской, француза Воше, который только-что возвратился туда, проводивъ въ Сибирь родственницу княгини Зинаиды графиню Е. И. Трубецкую, рожденную Лаваль, послѣдовавшую туда за сосланнымъ своимъ мужемъ-декабристомъ. При отъѣздѣ въ Петербургъ В. и Воше были арестованы вслѣдствіе крайней подозрительности полиціи ко всѣмъ, имѣвшимъ хотя бы малѣйшее отношеніе къ участникамъ заговора 14 дек. Трехдневный арестъ оказалъ, на В. въ двоякомъ отношеніи дурное вліяніе: кромѣ тяжелаго нравственнаго впечатлѣнія, отъ котораго онъ долго не могъ оправиться, пребываніе въ сыромъ и неопрятномъ помѣщеніи вредно подѣйствовало на его и такъ уже слабое здоровье, такъ что не прошло мѣсяца по выходѣ изъ-подъ ареста, какъ В. опасно заболѣлъ. Болѣзнь, впрочемъ, продолжалась не долго. Радушно встрѣченный своими ближайшими начальниками и найдя въ лицѣ нѣкоторыхъ изъ тогдашнихъ поэтовъ и литераторовъ расположенныхъ къ нему друзей, В. повелъ дѣятельную жизнь, усердно исполняя служебныя обязанности, посѣщая высшее петербургское общество и, сверхъ того, находя время для усиленныхъ занятій поэзіей. Но онъ скучалъ по Москвѣ, гдѣ оставались любимая имъ родная семья, неизмѣнно обожаемая имъ, несмотря на ея гораздо болѣе зрѣлый возрастъ, княгиня Волконская и, наконецъ, его товарищи по литературному обществу и по затѣянному сообща журналу, заботы о которомъ В. горячо высказываются въ сохранившихся его письмахъ къ Погодину и другимъ. Неудовлетворенность своимъ положеніемъ побуждала помышлять о скорѣйшемъ отъѣздѣ на службу въ Персію. До отъѣзда изъ Москвы, Веневитиновъ съ жаромъ отдавался изученію нѣмецкихъ философовъ Шеллинга, Окена, а также и твореній Платона, которыя читалъ въ подлинникѣ (объ этихъ его занятіяхъ свидѣтельствуютъ письма къ нѣкоторымъ друзьямъ, напр., къ Кошелеву, а также и небольшая работа, исполненная имъ для княжны Александры Трубецкой, подъ заглавіемъ «Письмо о философіи», замѣчательная по платоновски стройному изложенію и безукоризненной ясности мыслей); въ кратковременное свое пребываніе въ Петербургѣ В., повидимому, наиболѣ времени посвящалъ поэтическому творчеству. Это видно какъ изъ количества его вообще немногочисленныхъ стихотвореній, приходящихся на петербургскій періодъ его жизни, такъ и изъ достигнутаго въ нихъ совершенства формы и глубины содержанія.

Но В. не пришлось видѣть осуществленія своихъ намѣреній. Въ началѣ марта, возвращаясь легко одѣтымъ съ бала у Ланскихъ, у которыхъ онъ вмѣстѣ съ А. С. Хомяковымъ квартировалъ во флигелѣ, В. сильно простудился и уже 15 марта его не стало. На его могильномъ памятникѣ въ Симоновомъ монастырѣ, въ Москвѣ, вырѣзанъ его же знаменательный стихъ: «какъ зналъ онъ жизнь, какъ мало жилъ!». Почти юношей умершій В. зналъ жизнь не изъ опыта, а благодаря тому, что умѣлъ глубоко проникнуть въ ея внутренній смыслъ своею рано созрѣвшей мыслью. «Поэтъ» является для Веневитинова предметомъ своего рода культа, выразившагося въ его лучшихъ какъ по искренности тона, такъ и по прелести формы стихотвореніяхъ: «Поэтъ», «Жертвоприношеніе», «Утѣшеніе», «Я чувствую, во мнѣ горитъ...», «Поэтъ и другъ» и «Послѣдніе стихи». Необыкновеннымъ изяществомъ стиха стиха и выразительнымъ, точнымъ языкомъ отличается его рифмованный переводъ знаменитаго монолога «Фауста въ пещерѣ»; превосходно переведены также изъ Гете: «Земная участь» и «Апоѳеозъ художника».

Не считая названныхъ переводовъ изъ Гете, число стихотвореній В. не превышаетъ 38, изъ которыхъ всѣ, принадлежащія къ первому періоду его творчества, т. е. писанныя до переселенія въ Петербургъ, вовсе не отличаются той безукоризненностью формы, какую видимъ въ перечисленныхъ нами выше стихотвореніяхъ, могущихъ въ этомъ отношеніи помѣряться со стихами Пушкина. Но слѣдуетъ сказать вообще, что стихотворенія обоихъ періодовъ одинаково характеризуются искренностью чувства и отсутствіемъ чопорной изысканности какъ въ мысляхъ, такъ и въ выраженіяхъ. Нужно отмѣтить еще, что въ нѣкоторыхъ изъ нихъ сказались и писсимистическое настроеніе, разачарованность (подъ вліяніемъ этихъ же чувствъ начатъ былъ и оставшійся недописаннымъ романъ въ прозѣ). Въ общемъ, однакоже, тонъ поэзіи В. отличается свѣтлымъ взглядомъ на жизнь и возвышенною вѣрою въ судьбы человѣчества. Созерцательно-философское направленіе поэзіи В. заставляетъ многихъ писавшихъ о немъ предполагать, что онъ скоро оставилъ бы стихотворство и предался бы разработкѣ философіи. Яркій отпечатокъ философскаго склада мыслей лежитъ на его замѣчательныхъ критическихъ статьяхъ, въ которыхъ онъ далеко опередилъ своихъ современниковъ эстетическимъ пониманіемъ.

Кромѣ изданія «Сочин. Д. В. Веневитинова», 1829 г., существуетъ: «Полное собр. сочиненій Д. В. Веневитинова», изданное подъ редакціей А. В. Пятковскаго (Спб., 1882 г.), съ его же статьей о жизни и сочиненіяхъ В., и отдѣльно «Стихотворенія В.» (1884 г.) въ «Дешевой Библіотекѣ». Необходимыя дополненія къ біографіи В. и его письма см. у Н. Барсукова «Жизнь и труды М. П. Погодина» (т. 2, Спб., 1888); Н. Колюпанова, «И. А. Кошелевъ» (т. I, ч. 2, Спб., 1889), въ статьяхъ М. Веневитинова, въ «Историч. Вѣстникѣ» (т. XVII, 1884) и въ «Русскомъ Архивѣ» (1885, I, стр. 313–31).

И. Болдаковъ.       

Примѣчаніе:
[1] Въ энциклопедіи: «Бесѣды Платона съ Александромъ». (Прим. — А. К.)

Источникъ: Энциклопедическій словарь. Томъ VA. Вальтеръ-Венути. / Издатели: Ф. А. Брокгаузъ (Лейпцигъ). И. А. Ефронъ (С.-Петербургъ). — СПб.: Типо-Литографія И. А. Ефрона, 1892. — С. 901-903.

/ Сочиненія Д. В. Веневитинова /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0