Русскіе классики XVIII – нач. XX вв. въ старой орѳографіи
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Литературное наслѣдіе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе писатели

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
Ж | З | И | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ч | Ш | Я | N

Основные авторы

А. С. Пушкинъ († 1837 г.)
-
М. Ю. Лермонтовъ († 1841 г.)
-
Н. В. Гоголь († 1852 г.)
-
И. А. Крыловъ († 1844 г.)

Раздѣлы сайта

Духовная поэзія
-
Русская идея
-
Дѣтское чтеніе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - четвергъ, 25 мая 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 14.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

О

Кн. В. Ѳ. Одоевскій († 1869 г.)

Князь Владимир Феодорович Одоевский Князь Владиміръ Ѳеодоровичъ Одоевскій — извѣстный русскій писатель и общественный дѣятель. Род. въ Москвѣ, 30 іюля 1803 года, и былъ послѣднимъ представителемъ одной изъ старѣйшихъ вѣтвей рода Рюриковичей, происходя по прямой линіи отъ князя черниговскаго Михаила Всеволодовича, замученнаго въ 1246 году въ Ордѣ и причтеннаго къ лику святыхъ. Окончивъ курсъ въ благородномъ пансіонѣ при московскомъ университетѣ, сотрудничалъ въ «Вѣстникѣ Европы», а затѣмъ, сблизившись съ Грибоѣдовымъ и Кюхельбекеромъ, издавалъ въ 1824-1825 гг., альманахъ «Мнемозина». Въ 1826 г. поступилъ на службу въ вѣдомство иностранныхъ исповѣданій; редактировалъ «Журналъ Министерства Внутреннихъ дѣлъ». Въ 1846 г. былъ назначенъ помощникомъ директора Императорской публичной библіотеки и директоромъ Румянцевскаго музея. Съ переводомъ въ 1861 году музея въ Москву, назначенъ сенаторомъ московскихъ департаментовъ сената и состоялъ первоприсутствующимъ 8-го департамента. Скончался 27 февраля 1869 г. и погребенъ на кладбищѣ Донского монастыря. далѣе>>

Сочиненія

Князь В. Ѳ. Одоевскій († 1869 г.)
Сказки и разсказы дѣдушки Иринея.

Серебряный рубль.

Однажды дѣдушка Ириней собрался ѣхать въ дорогу на цѣлый мѣсяцъ; вы знаете, я чаю, сколько дней въ мѣсяцѣ и сколько дней въ недѣлѣ? Когда дѣдушка Ириней собрался въ дорогу, Лидинька очень плакала и считала по пальцамъ, сколько дней она не увидитъ дѣдушку.

Дѣдушка утѣшалъ Лидиньку и говорилъ ей, что если она будетъ умна, то онъ пріѣдетъ скорѣе, нежели она думаетъ.

А на память, — сказалъ дѣдушка, — я оставлю тебѣ серебряный рубль, и положу его вотъ здѣсь на столѣ, передъ зеркаломъ. Если ты весь мѣсяцъ хорошо будешь учиться и учители запишутъ въ твоей тетрадкѣ, что ты была прилежна, то возьми этотъ рубль, — онъ твой; а до тѣхъ поръ пусть онъ лежитъ на столѣ; не трогай его, а только смотри; а смотря на него, вспоминай о томъ что́ я тебѣ говорилъ.

Съ этими словами дѣдушка положилъ на столъ, передъ зеркаломъ, прекрасный новенькій рубль.

Дѣдушка уѣхалъ; Лидинька поплакала, погоревала, а потомъ, какъ умная дѣвочка, стала думать о томъ, какъ бы дѣдушкѣ угодить и хорошенько учиться.

Подошла она и къ столу полюбоваться на свѣтленькій серебряный рубль; подошла, смотритъ и видитъ, что вмѣсто одного рубля лежатъ два.

Ахъ, какой же дѣдушка добрый! — сказала Лидинька. — Онъ говорилъ, что положитъ на столъ только одинъ рубль, а вмѣсто того положилъ два.

Долго любовалась Лидинька, смотря на свои серебряные рубики; тогда же свѣтило солнышко въ окошко прямо на рублики, и они горѣли, какъ въ огнѣ.

Надобно правду сказать, что Лидинька очень хорошо училась, во время ученья забывала о своихъ рубляхъ, а слушала только то, что́ ей говорилъ учитель. Но когда вечеромъ она легла въ постельку, то не могла не подумать о томъ, что она теперь очень богата, что у нея цѣлыхъ два серебряныхъ рубля; а какъ Лидинька прилежно училась считать, то она тотчасъ сочла, что у нея въ двухъ рубляхъ 20 гривенниковъ: никогда еще у нея не бывало такого богатства. Куда дѣвать цѣлыхъ два рубля? Что́ купить на нихъ? Тутъ Лидинька вспомнила, что видѣла она въ лавкѣ прехорошенькую куклу; только просили за нее очень дорого — цѣлыхъ полтора серебряныхъ рубля, то есть рубль съ полтиною. Да вспомнила она также, что ей понравился маленькій наперстокъ, за который просили 40 коп. серебромъ; да вспомнила еще, что она обѣщала бѣдному хромому, который стои́тъ у церкви, цѣлый гривенникъ, когда онъ у нея будетъ, за то, что Лидинька, выходя изъ церкви уронила платокъ и не замѣтила этого, а бѣдный хроменькій поднялъ платокъ и, не смотря на то что ему ходить на костыляхъ очень было трудно, догналъ Лидинку и отдалъ ей платокъ Но тутъ Лидинька подумала, что ужъ цѣлая недѣля прошла съ тѣхъ поръ, какъ она обѣщала хроменькому гривенникъ, и что теперь очень бы хорошо было дать хроменькому два гривенника, вмѣсто одного, за долгое жданье. Но если хроменькому дать два гривенника, то тогда не достанетъ денегъ на куклу и наперстокъ; а наперстокъ былъ Лидинькѣ очень нуженъ, потому что она была большая рукодѣльница и сама шила платья для своихъ куколъ. Подумавъ немножко, Лидинька разсудила, что у нея и старая кукла еще очень хороша, а что только нужно ей купить кроватку, за которую просили рубль серебряный. Лидинька и разсчитала, что если она заплатитъ за кроватку рубль, за наперстокъ сорокъ копѣекъ, да нищенкому дастъ два гривенника, то еще денегъ у нея останется. А много ли у Лидиньки останется денегъ? Сочтите-ка дѣти.

Между тѣмъ Лидинька думала, думала да и започивала, и во снѣ ей все снилась лавка съ игрушками, и казалось ей, что кукла ложилась въ кроватку и присѣдала, благодаря Лидиньку за такую хорошую кроватку; и снилось ей, что наперсточекъ бѣгалъ по столу и самъ вскакивалъ къ ней на пальчикъ, и что съ нимъ и хроменькій прыгалъ отъ радости, что Лидинька дала ему два гривенника.

По утру Лидинька проснулась и стала просить горничную:

Дашенька, голубушка, сходи въ гостиную, тамъ дѣдушка на столъ положилъ для меня два рубля серебряныхъ. Они такіе хорошенькіе, новенькіе, свѣтленькіе Принеси мнѣ на нихъ полюбоваться.

Даша послушалась, пошла въ гостиную и принесла оттуда рубль, который дѣдушка положилъ на столѣ.

Лидинька взяла рубль.

Хорошо, — сказала, — ну а другой-то гдѣ-жъ? Принеси и другой: мнѣ хочется послушать, какъ они звенятъ другъ объ друга.

Даша отвѣчала, что на столѣ лежалъ только одинъ рубль, а что другой вѣрно украли.

Да кто же укралъ? спросила Лидинька.

Даша засмѣялась.

Воры ночью приходили, да и украли его, отвѣчала она.

Лидинька расплакалась и побѣжала къ маменькѣ разсказывать про свое горе, какъ дѣдушка положилъ для нея два рубля на столъ и какъ Даша говоритъ, что ночью воры приходили и одинъ рубль украли.

Маменька позвала Дашу. О чемъ она говорила съ Дашей, Лидинька не могла хорошенько понять, но однакожъ замѣтила, что маменька говорила очень строго и винила Дашу, какъ будто Даша сама взяла. Отъ этихъ словъ Даша расплакалась.

Лидинька не знала, что́ и придумать.

Между тѣмъ пришелъ учитель. Лидинька должна была отереть слезы и приняться за ученіе, но она была очень грустна; между тѣмъ рубль положила опять на тоже мѣсто, гдѣ положилъ его дѣдушка.

Когда кончилось ученіе, Лидинька печально подошла къ столу полюбоваться на свой оставшійся рубликъ и подумать, какъ растянуть его, чтобъ достало его на наперстокъ, хроменькому и на маленькую тяжелую подушку, на которую бы можно было прикалывать работу, которая также очень нужна была для Лидиньки.

Лидинька подошла къ столу и вскрикнула отъ радости: — передъ ней опять были оба рублика.

Маменька маменька! — закричала она. — Даша не виновата, мои оба рублика цѣлы.

Маменька подошла къ столу.

Какая же ты глупая дѣвочка, — сказала она. — Развѣ ты не видишь, что одинъ рубликъ настоящій, а другой ты видишь въ зеркалѣ какъ ты видишь себя, меня и все что́ есть въ комнатѣ. Ты не подумала объ этомъ, а я тебѣ повѣрила и винила Дашу, что она украла.

Лидинька снова въ слезы; побѣжала скорѣе къ Дашѣ, бросилась къ ней на шею и говорила ей:

Даша, голубушка, я виновата, прости меня, я глупая дѣвочка, наговорила маменькѣ вздоръ и подвела тебя подъ гнѣвъ. Прости меня, сдѣлай милость.

Съ тѣхъ поръ Лидинька не думала больше о рублѣ, а старалась прилежно учиться. Когда же встречалась съ Дашею, то краснѣла отъ стыда.

Черезъ мѣсяцъ пріѣхалъ дѣдушка и спросилъ:

А что, Лидинька, заработала ли ты рубль?

Лидинька ничего не отвѣчала и потупила глазки, а маменька разсказала дѣдушкѣ все что́ случилось съ его рублемъ.

Дѣдушка сказалъ:

Ты хорошо училась и заработала свой рубль, онъ твой, бери его; а вотъ тебѣ и другой который ты видѣла въ зеркалѣ.

Нѣтъ, отвѣчала Лидинька, — я этого рубля не сто́ю: я этимъ рублемъ обидѣла бѣдную Дашу.

Все равно, отвѣчалъ дѣдушка, — и этотъ рубль твой.

Лидинька немножко подумала.

Хорошо, — сказала она запинаясь, — если рубль мой, то позвольте мнѣ...

Что? — сказалъ дѣдушка.

Отдать его Дашѣ, — отвѣчала Лидинька.

Дѣдушка поцѣловалъ Лидиньку, а она опрометью побѣжала къ Дашѣ отдала ей рубль и попросила размѣнять другой, чтобы снести два гривенника къ бѣдному хромому.

Источникъ: Князь В. Ѳ. Одоевскій. Сказки и разсказы дѣдушки Иринея. — СПб.: Изданіе А. С. Суворина, 1889. — С. 3-9.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0