Русскіе классики XVIII – нач. XX вв. въ старой орѳографіи
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Литературное наслѣдіе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе писатели

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
Ж | З | И | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ч | Ш | Я | N

Основные авторы

А. С. Пушкинъ († 1837 г.)
-
М. Ю. Лермонтовъ († 1841 г.)
-
Н. В. Гоголь († 1852 г.)
-
И. А. Крыловъ († 1844 г.)

Раздѣлы сайта

Духовная поэзія
-
Русская идея
-
Дѣтское чтеніе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - суббота, 21 октября 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 16.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

М

А. Н. Муравьевъ († 1874 г.)
Письма о Магометанствѣ.

Письмо I.

Ты такъ убѣдительно просилъ меня, любезный другъ, написать тебѣ, о превосходствѣ Христіанской вѣры надъ Магометанствомъ; ты такъ живо представилъ мнѣ затруднительное твое положеніе въ кругу Магометанъ, надъ которыми ты поставленъ начальствовать, когда между вами зайдетъ рѣчь о вѣрѣ, что я наконецъ рѣшился удовлетворить твоему желанію, но еще отлагалъ до времени исполненіе. И вотъ сегодня, только что я возвратился отъ утренни вербной, съ радостною вѣтвію пальмы въ рукахъ, меня встрѣтилъ въ дверяхъ посланный тобою офицеръ Татарскій и спросилъ отъ твоего имени, не будетъ ли къ тебъ писемъ? Признаюсь, я это принялъ за указаніе свыше и, не теряя ни одной минуты, сѣлъ къ тебъ писать. Пусть же, подумалъ я, посланецъ твой, не вѣдая самъ того, что ему ввѣрено, принесетъ тебѣ первое письмо о предметѣ, касающемся собственнаго его спасенія.

Да даруетъ Господь, хотящій всѣмъ человѣкамъ спастися и въ разумъ истины пріити, чтобы и сіи чада Авраамовы, по Исмаилу и Агари, познали наконецъ, кто былъ во истину Сынъ Давида и Авраама, котораго сами они признаютъ за великаго Пророка! Пусть и они когда либо, подражая отрокамъ Еврейскимъ, вмѣстѣ съ нами Ему воскликнутъ: «осанна въ вышнихъ, благословенъ Грядый во имя Господне!» (Матѳ. XXI, 9.) И Онъ, которому, не смотря на его земное смиреніе, лики Ангельскіе непрестанно взываютъ: «осанна!» Онъ снизойдетъ, по непреложному своему обѣщанію, къ зовущимъ Его во имя Господне, если только готовы принять Его съ отверстымъ сердцемъ, снидетъ и сотворитъ у нихъ обитель съ Отцемъ своимъ небеснымъ! (Іоан. XIV, 23.) Въ тотъ день, какъ говорилъ Онъ нѣкогда ученикамъ своимъ, на послѣдней вечери съ ними, въ тотъ день, отъ преизбытка своей радости, уже не спросятъ Его ни о чемъ (Іоан. XVI, 23.); то есть не будутъ пытливо допрашивать: дѣйствительно ли онъ Сынъ Божій? Но, получивъ въ сердце свое обильное изліяніе Духа Божія, сами почувствуютъ себя дѣтьми Божіими и постигнутъ, что Одинъ только тѣсно соединившійся съ нами Богъ, могъ возвысить человѣковъ до столь блаженнаго ихъ усыновленія.

О какая минута, другъ мой, если это когда либо совершится! Боюсь только, чтобы мы Христіане, грѣхами своими, соблазняющими братій нашихъ, сами не воспрепятствовали ихъ душевной пользѣ! Будемъ молиться, чтобы Господь употребилъ, хотя и недостойныя орудія, къ ихъ спасенію; ибо онъ лучше знаетъ, какую изъ каждаго извлечь пользу. Мы же только, съ дѣтскимъ смиреніемъ и безъ малѣйшаго превозношенія, ничего не приписывая своему мелкому разуму, выскажемъ другъ другу, чтó у насъ на сердцѣ, и я, помня слышанные отъ тебя вопросы, буду стараться, по крайнему моему разумѣнію, удовлетворять имъ, основываясь на истинахъ вѣры.

Трудную однако возложилъ ты на меня обязанность, любезный другъ, трудную не столько по существу предмета, потому что не отъ себя и не свое буду излагать тебѣ въ моихъ письмахъ, сколько въ отношеніи самихъ вопрошающихъ: ибо дѣло касается до вѣрованія близкаго ихъ сердцу, а я бы не хотѣлъ ихъ оскорбить не только словомъ, но даже непріятнымъ для нихъ помысломъ. Мнѣ бы хотѣлось, чтобы они поняли меня и убѣдились, что одна только искренняя къ нимъ любовь побуждаетъ меня говорить имъ, вопреки собственному моему желанію, хотя совершенно согласно моимъ чувствамъ, а любовь чистая можетъ ли оскорблять? Если я стою на краю бездны и кто либо оттолкнетъ меня сильною рукою, могу ли я почесть наглымъ такой толчекъ? или, если кто, зная, что таится отрава въ чашѣ сладкаго вина, вырветъ ее изъ рукъ моихъ, неужели я это приму за дерзость? Если же въ случаяхъ, относящихся до спасенія временной жизни, такое предостереженіе пріемлется съ благодарностію, — можно ли негодовать на человѣка, если онъ заботится о спасеніи ближняго своего, на всю вѣчность? А когда я истинно убѣжденъ, какъ меня въ томъ увѣряетъ и Св. Писаніе: (Дѣян. IV, 12.) «что нѣтъ другаго имени подъ небесами даннаго человѣкамъ, которымъ могли бы спастися, кромѣ благословеннаго имени Господа нашего Іисуса Христа, и что предъ нимъ должно преклониться всякое колѣно небесныхъ и земныхъ и преисподнихъ» (Филип. гл. II, ст. 10): то не лежитъ ли на мнѣ священная обязанность, и не есть ли долгъ совѣсти всякаго вѣрующаго, познакомить съ симъ спасительнымъ именемъ тѣхъ, которые въ него не вѣруютъ по своему невѣдѣнію?

Слышу, и не безъ страха, грустное сужденіе нѣкоторыхъ людей изъ міра образованнаго: «стыдно измѣнять вѣру отцевъ! во всякой вѣрѣ можно спастись; пусть каждый слѣдуетъ той, въ которой родился и не безчеститъ себя непостоянствомъ!» Какъ! одно и тоже быть Христіаниномъ, или Евреемъ, или Магометаниномъ? И это дерзаютъ говорить люди, запечатлѣнные именемъ Христовымъ, искупленные Его кровію, пользующіеся плодами Его благодатнаго воскресенія! Но развѣ одно и тоже: — вѣровать во Христа какъ въ Бога, (ибо только на этомъ необходимомъ условіи основано все наше спасеніе) или, забывъ сію основную истину, признавать Христа только за человѣка, хотя и Пророка, какъ разсуждаютъ о Немъ Магометане? или еще, что даже ужасно и вымолвить, хулить Его какъ Евреи, коихъ предки Его распяли? Такое странное сужденіе не обличаетъ ли совершеннаго отсутствія вѣры, или совершеннаго незнанія того, во что надлежитъ вѣровать? — иначе какъ согласить, въ образованномъ умѣ, такія противорѣчія, которыя стоитъ только поставить рядомъ, чтобы съ ужасомъ отъ нихъ отступить? Такимъ образомъ Христіанинъ, который говоритъ, что можно равнодушно оставаться въ законѣ Магометовомъ, безъ познанія свѣта Христова, можетъ ли по совѣсти называть себя симъ священнымъ именемъ? А тотъ изъ числа Христіанъ, кто глубоко вѣруетъ, что нельзя иначе спастися какъ сею вѣрою во Христа, можетъ ли опять по совѣсти, оставаться равнодушнымъ къ невѣрію другихъ? Не долженъ ли онъ стараться убѣдить Магометанина, не въ однихъ нравственныхъ началахъ, которыя никому не чужды, но въ самой коренной истинѣ, служащей основаніемъ для всѣхъ прочихъ, въ Божествѣ Господа нашего и Спасителя Іисуса Христа!

Но какимъ образомъ? — тебѣ покажется страннымъ мой отвѣтъ: сдѣлавши его прежде искреннимъ Магометаниномъ! такъ какъ и Еврея нельзя иначе обратить къ свѣту Христову, какъ если онъ сдѣлается прежде истиннымъ Израильтяниномъ, и внимательно изслѣдуетъ все что, въ книгахъ Пророческихъ, говорится о обѣтованномъ Мессіи, ибо: «изслѣдуйте писанія, говоритъ самъ Господь Евреямъ, онѣ свидѣтельствуютъ о Мнѣ».

И дѣйствительно такимъ образомъ видѣлъ я самъ обращеніе ученаго Раввина Еврейскаго. Что же долженъ сдѣлать въ свою очередь Магометанинъ, для своего обращенія? — изучить Коранъ и потомъ сравнить его съ истинами Ветхаго и Новаго Завѣта, изъ которыхъ почерпнулъ Магометъ свои сказанія, чтобы самому убѣдиться: вѣрно ли передано имъ то, что онъ слышалъ отъ другихъ? и уже на основаніи сего убѣжденія посудить хладнокровно: до какой степени можно давать вѣру Магомету, и въ собственныхъ его словахъ?

А между тѣмъ строгое исполненіе нравственныхъ правилъ Корана, въ которомъ есть и много назидательнаго, приготовитъ человѣка, къ принятію высшихъ истинъ, нравственныхъ и догматическихъ.

Весьма бы желалъ я, чтобы письма мои дошли до слуха и до сердца тѣхъ изъ Магометанъ, которые по своему образованію сдѣлались совершенно Русскими, кромѣ Христіанства. Ихъ духовное состояніе гораздо для меня больнѣе тѣхъ изъ ихъ собратій, которые съ безотчетнымъ чувствомъ и во глубинѣ своего невѣденія, умѣютъ только взывать: «нѣтъ Бога кромѣ Бога и Магометъ его пророкъ!» но исполняютъ однако строго его заповѣди. Если по словамъ Апостола Павла: (Римл. II, 14.) «и язычники, не имѣющіе закона, по природѣ законное творятъ»: то легко быть можетъ что вседѣйствующая благодать Божія, рано или поздно, пробудитъ ихъ совѣсть, а смиренное ихъ послушаніе, хотя и слѣпое, приготовитъ сердце къ скорѣйшему послушанію той свѣтлой истинѣ, безъ коей нѣтъ спасенія и которая ясно имъ предстанетъ въ день, когда Богъ, чрезъ Іисуса Христа, будетъ судить всѣ тайныя дѣла человѣческія (Рим. VI, 16), и когда, по собственному Его увѣренію (Матѳ. XXVI, 30.), «предъ знаменіемъ Его креста, восплачутся всѣ народы земные». Но тѣ, которые воспользовались плодами образованія только для того, чтобы отступить отъ собственныхъ преданій и, подъ личиною свѣтскости, равно пренебрегать въ обѣихъ вѣрованіяхъ то, что имъ не по вкусу и мыслямъ, тѣ которые такимъ образомъ плывутъ по бурному морю страстей, далеко отъ обоихъ береговъ, на утломъ чолнѣ самонадѣянности и слѣпаго равнодушія, — какой иной пристани могутъ они достигнуть, если не преисподней? О нихъ помолимся другъ мой, къ нимъ протянемъ съ берега спасительную руку, для собственнаго нашего спасенія, и если хотя одинъ изъ нихъ обратится къ истинѣ, будетъ о немъ радость на небѣ, какъ и на землѣ, ибо по словамъ Господнимъ: «радость бываетъ на небесахъ объ одномъ грѣшникѣ покаявшемся, болѣе нежели о девяносто девяти праведныхъ, не имѣющихъ нужды въ покаяніи» (Луки XV, 7.).

Тифлисъ, 16 Марта 1847 года.

Источникъ: [А. Н. Муравьевъ.] Письма о Магометанствѣ. — СПб.: Въ типографіи III Отд. Собств. Е. И. В. Канцеляріи, 1848. — С. 1-10.

/ Къ оглавленію /


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0