Русскіе классики XVIII – нач. XX вв. въ старой орѳографіи
Русскій Порталъ- Церковный календарь- Русская Библія- Осанна- Святоотеческое наслѣдіе- Наслѣдіе Святой Руси- Слово пастыря- Литературное наслѣдіе- Новости

Литературное наслѣдіе
-
Гостевая книга
-
Новости
-
Написать письмо
-
Поискъ

Русскіе писатели

Указатель
А | Б | В | Г | Д | Е
-
Ж | З | И | К | Л | М
-
Н | О | П | Р | С | Т
-
Ф | Х | Ч | Ш | Я | N

Основные авторы

А. С. Пушкинъ († 1837 г.)
-
М. Ю. Лермонтовъ († 1841 г.)
-
Н. В. Гоголь († 1852 г.)
-
И. А. Крыловъ († 1844 г.)

Раздѣлы сайта

Духовная поэзія
-
Русская идея
-
Дѣтское чтеніе

Календарь на Вашемъ сайтѣ

Ссылка для установки

Православный календарь

Новости сайта



Сегодня - четвергъ, 29 iюня 2017 г. Сейчасъ на порталѣ посѣтителей - 24.
Если вы нашли ошибку на странице, выделите ее мышкой и щелкните по этой ссылке, или нажмите Ctrl+Alt+E

Б

Владиміръ Григорьевичъ Бенедиктовъ († 1873 г.)

Бенедиктовъ (Владиміръ Григорьевичъ) — русскій поэтъ, род. 5 ноября 1807 г. въ Петербургѣ, воспитывался въ Олонецкой гимназіи и во 2-мъ кадетскомъ корпусѣ въ Спб., откуда былъ выпущенъ прапорщикомъ въ л.-гв. измаиловскій полкъ; съ этимъ полкомъ участвовалъ въ походѣ 1831 г. противъ польскихъ мятежниковъ и, по возвращеніи гвардіи въ Петербургъ, оставилъ военную службу, поступивъ въ министерство финансовъ. Здѣсь онъ и оставался до конца своей службы, занимая въ послѣдніе ея годы должность члена правленія государственнаго банка. Въ 1860 г. получилъ отставку съ пенсіей и съ тѣхъ поръ жилъ «на покоѣ» то въ Петербургѣ, то въ деревнѣ или за-границей. † 14 апрѣля 1873 г. На литературное поприще Бенедиктовъ выступилъ въ 1835 г. небольшею книжкою стихотвореній, которая обратила на юнаго поэта вниманіе публики и критики. Читатели и рецензенты встрѣтили эту книжку громкими похвалами; она покупалась на расхватъ, такъ что скоро потребовалось новое изданіе; по разсказу И. И. Панаева, Жуковскій отзывался о новомъ поэтѣ съ восторгомъ; отовсюду слышались самыя лестныя сужденія. Только Бѣлинскій (въ «Телескопѣ» 1835 г.) взглянулъ на произведенія Б. съ иной точки зрѣнія, и, не преувеличивая ни ихъ достоинствъ, ни недостатковъ, показалъ, что въ нихъ видѣнъ только талантъ стихотворца, т. е. умѣнье ловко владѣть размѣромъ и риѳмой, но почти совсѣмъ отсутствуетъ поэтическое дарованіе. далѣе>>

Сочиненія

В. Г. Бенедиктовъ († 1873 г.)
Оригинальныя стихотворенія (1850-1856).

Островъ.
Плывутъ мореходцы — и вдругъ озадаченъ
Ихъ взоръ выступающимъ краемъ земли;
Подъѣхали — островъ! — Но онъ не означенъ
На картѣ; они этотъ островъ нашли,
Открыли, — и въ ихъ онъ владѣнье по праву
Поступитъ, усилитъ страны ихъ державу.

Пристали; тамъ бездна природы красотъ,
Еще не страдавшихъ отъ силы воинской —
Жемчужныя горы! Лѣсами встаетъ
Изъ гротовъ коралловыхъ мохъ исполинскій.
Какія растенья! Какіе цвѣты!
Такихъ еще, смертный, не видывалъ ты.

Тамъ почва долинъ и цвѣтныхъ междугорій
Вся сшита изъ жизни, отжившей едва —
Изъ раковинъ чудныхъ, изъ массъ инфузорій;
Вглядишься въ пылинку: пылинка жива;
Къ цвѣту-ль — великану прохожій нагнулся:
Крылатый цвѣтокъ мотылькомъ встрепенулся

Иль рѣзвою птичкой, и птичка летитъ
И звонко несется къ небеснымъ преддверьямъ,
И лучъ всепалящаго солнца скользитъ
По радужнымъ крыльямъ, по огненнымъ перьямъ;
Пришлецъ вдругъ испуганъ извитой змѣей:
То стебель ползучій блеснулъ чешуей.

И видно, какъ входитъ — и слышно, какъ дышитъ
Тамъ каждая травка и каждый лѣсокъ;
Тамъ дерево жизни вѣтвями колышетъ
И каплетъ изъ трещинъ живительный сокъ,
И брызжетъ, — и тутъ же другое съ нимъ рядомъ:
То дерево смерти съ убійственнымъ ядомъ.

И радъ мореходецъ. «Хвала мнѣ и честь!»
Онъ мыслитъ. — «Вотъ новость для нашего вѣка —
Земля неизвѣстная! Все на ней есть
И — слава Всевышнему! — нѣтъ человѣка!
Еще здѣсь дороги себѣ не просѣкъ
Мой ближній» — такъ мыслитъ и радъ человѣкъ.

«А если тамъ, дальше, и водятся люди
На островѣ этомъ — прижмемъ дикарей!
Заспорятъ: желѣзо направимъ имъ въ груди
И сдвинемъ ихъ глубже — въ берлоги звѣрей,
И выстрѣлы будутъ на вопль ихъ отвѣтомъ;
Причемъ озаримъ ихъ евангельскимъ свѣтомъ.

«Встрѣчая здѣсь новыя тѣни и свѣтъ,
Потомъ пусть картины здѣсь пишетъ художникъ,
Трудится ученый, и тощій поэтъ,
Бѣснуясь, восходитъ на шаткій треножникъ!
Намъ надобно дѣло: все прочее — блажь.
Намъ надо во-первыхъ, чтобъ островъ былъ нашъ.

«Мы срѣжемъ мохнатыя лѣса опушки;
Здѣсь будетъ дорога; тутъ станетъ нашъ флотъ;
Тамъ выстроимъ крѣпость и выставимъ пушки, —
И если отсюда сосѣдъ подойдетъ,
Какъ силы его ни явились-бы крѣпки,
Отъ вражьей армады останутся щепки,

«Какую торговлю мы тутъ заведемъ!
Давай потомъ ѣздить и въ даль и къ сосѣдямъ!
Какихъ имъ диковинъ съ собой навеземъ!
Съ какимъ небывалымъ товарцемъ подъѣдемъ!
Вотъ новая пряность Европѣ на пиръ!
Вотъ новые яды! Пусть кушаетъ міръ!» —

Земля подъ ногами гостей шевелится;
Кряхтитъ или охаетъ: тягостно ей
Подъ новымъ животнымъ, пришедшимъ селиться
Средь выросшихъ дико на персяхъ у ней
Животно-кристалловъ, животно-растеній,
Полу-минералловъ, полу-прозябеній.

А гости мечтаютъ: «хозяева мы.
Безъ насъ — тутъ дремала пустая природа,
И солнце безъ насъ не умалило-бъ тьмы,
Безъ пошлинъ сіяя, блестя безъ дохода,
Въ безплодномъ вѣнцѣ неразумныхъ лучей.
Что солнце, гдѣ нѣтъ человѣка очей?» —

Но прежде, чѣмъ здѣсь пришлецы утвердились,
Другаго народа плывутъ корабли.
Прибывшіе въ право владѣнья вступились.
У первыхъ съ послѣдними споры пошли.
«Сей берегъ впервые не нами-ли встрѣченъ?»
— Конечно, — да нами онъ прежде замѣченъ. —

И вотъ — забѣлѣли еще паруса,
И націи новой явились пришельцы:
«Постойте! — Пріѣзжихъ гудятъ голоса, —
По праву природы не мы-ль здѣсь владѣльцы?
Въ сосѣдствѣ тутъ наша земля-материкъ.
Оторванный лоскутъ ея здѣсь возникъ». —

Съ три царства пошли донесенья, какъ надо,
Объ островѣ чудномъ; проснулись Дворы;
Толкуютъ о найденномъ вновь Эльдорадо,
Гдѣ золото прыщетъ изъ каждой горы;
Волной краснорѣчья хлеснули Палаты,
И тонкіе скачутъ на съѣздъ дипломаты.

Съѣзжаются: сколько ума въ головахъ!
Какая премудрость у нихъ въ договорахъ!
А тамъ между тѣмъ въ ихъ родимыхъ земляхъ
Готовятся флоты, и пушки, и порохъ —
На случай. Все было средь тѣхъ уже дней,
Гдѣ эта премудрость казалась вѣрнѣй.

Лишь древность сѣдая, плѣняясь витійствомъ
Рѣчей плутоватыхъ, имъ вѣрить могла;
А впрочемъ и древле все тѣмъ-же убійствомъ,
Войной нареченнымъ, рѣшались дѣла,
И мѣсто давали губительнымъ сценамъ
Аѳины со Спартой и Римъ съ Карѳагеномъ.

И вотъ, за плѣнительный островъ борьба
Какъ разъ бы кровавымъ котломъ закипѣла,
Но страшное зло отвратила судьба,
И лютая вспыхнуть война не успѣла:
Тотъ островъ плавучій, подъ бурный разгулъ,
Однажды средь яростныхъ волнъ потонулъ, —

Иль, сорванъ могучимъ крыломъ урагана
Съ подводной, его подпиравшей, скалы,
Умчался въ безвѣстную даль океана,
И скрылся навѣки за тучами мглы; —
А тамъ еще длились и толки, и споры,
Готовились пушки и шли договоры.

Источникъ: Сочиненія В. Г. Бенедиктова подъ редакціею Я. П. Полонскаго. Второе посмертное изданіе съ біографіей и портретомъ автора. Томъ I. — СПб.: Изданіе поставщиковъ   Е г о   И м п е р а т о р с к а г о   В е л и ч е с т в а   Товарищества М. О. Вольфъ, 1902. — С. 236-240.

Назадъ / Къ оглавленію / Впередъ


Наверхъ / Къ титульной страницѣ

0